Самые интересные дела за ОКТЯБРЬ

Как подрядчику доказать, что работы выполнялись, если заказчик не подписал строительные акты КС-2? Можно ли признать ничтожной сделку по продаже всех активов общества, которая совершена по заниженной цене? Можно ли взыскать одновременно неустойку за просрочку окончания работ и однократный штраф за расторжение договора по вине подрядчика? Ответы – в очередной подборке самых интересных дел Арбитражного суда Московского округа.

Цена под подозрением
В деле № А41-43187/2015 суды двух инстанций дважды отказывались признавать недействительным договор купли-продажи основных средств, который был заключен по заниженной цене. Окружной суд, в свою очередь, дважды отправлял дело на новое рассмотрение – во второй раз в другом составе. А начался процесс в 2015 г., когда общество «Росмонолит» оспорило 20 сделок 2014-го, когда оно продало все свои активы – автотранспорт и самоходные машины – «ТН-Строю» по общей цене 2,8 млн руб. Также истец просил признать ничтожными еще 20 договоров, по которым он арендовал технику у покупателя. Причем в договорах аренды ее стоимость была указана иная – около 13,7 млн руб. Продажная цена техники (2,8 млн) занижена, что подтверждено экспертизой, убеждал «Росмонолит» (оценка экспертизы в материалах дела не приведена). А сам истец, по своему утверждению, лишился всех основных средств и не может продолжать работу. Поэтому соглашения ничтожны, раз направлены на злоупотребление правом (ст. 10, 168 ГК).
Но судья АС Московской области Дмитрий Капаев скептически отнесся к внесудебной экспертизе, а от судебной стороны отказались. Само по себе занижение цены не говорит о злоупотреблении, а иных доказательств этого истец не представил, отметил судья. И «Росмонолит» вполне может продолжать работу, только теперь должен платить аренду за пользование техникой, следует из решения областного арбитража.
10-й Арбитражный апелляционный суд с этими рассуждениями согласился, но АС Московского округа отправил дело на пересмотр. Не были разъяснены последствия отказа от судебной экспертизы. Кроме того, кассационный суд настойчиво подталкивал к мысли, что со стороны ответчика возможно злоупотребление. Ведь истец действовал явно себе в ущерб и утратил возможность пользоваться своей техникой без дополнительных затрат. Судья Капаев, однако, опять не нашел причин признать договоры недействительными, и вновь апелляция проявила с ним солидарность.
Тогда кассация во второй раз отправила спор на пересмотр. По мнению коллегии, первая инстанция не учла ее указаний. Даже если истец не доказал злоупотребления правом как основания своего иска – суд по-прежнему обязан рассмотреть дело по существу, хотя вправе учесть это при распределении судебных расходов (п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда от 21 января 2016 г. «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела»). Как продолжала настаивать коллегия под председательством Натальи Денисовой, при пересмотре дела новому судье нужно обратить внимание на явную экономическую нецелесообразность сделок и на то, что в договорах купли-продажи и аренды указана разная ее стоимость.
Доказать долг без актов КС-2: сложно, но можно
Если подрядчик не может предъявить акты выполненных работ – это еще не значит, что суд должен отказать ему во взыскании платы за такие работы, разъяснил АС Московского округа. Строительные акты КС-2 – хоть и самое распространенное, но далеко не единственное возможное доказательство, указала коллегия под председательством Андрея Новоселова. В законе также нет указания, что выполненные работы могут подтверждаться только актами.
Вопрос возник в деле № А40-156087/2015. В нем «Промстройтехно-Инвест» требовал возврата неотработанного 8-миллионного аванса у «Стройэлитцентра», который должен был обеспечить монтаж инженерных систем многоэтажного дома в Подмосковье. Работы в общую цену 20 млн руб. при авансе 18 млн руб. надлежало выполнить еще в 2010 г., но к 2015-му подрядчик отработал только 10 млн руб., следует из материалов дела. Заказчик расторгнул договор и ввел дом в эксплуатацию, а затем успешно вернул неотработанные 8 млн в Арбитражном суде Москвы.
На это решение подал апелляционную жалобу ответчик. Он утверждал, что выполнил работ на большую сумму (какую именно – в материалах не указано), но не мог подтвердить это документами. У заказчика была своя версия: он вернул часть актов неподписанными, поскольку те работы не предусмотрены договором, и он их не контролировал, а значит, не может подтвердить. Локальных сметных расчетов у сторон не было, поэтому невозможно было сверить их со списками подрядчика. А в итоге это значит, что подрядчик не доказал своих возражений, резюмировала «тройка» 9-го Арбитражного апелляционного суда под председательством Елены Кузнецовой.
С коллегами не согласились судьи АС МО. По их мнению, в деле есть другие доказательства, которые могут подтверждать правоту ответчика. Например, нижестоящие инстанции не учли, что заказчик ранее платил контрагенту без актов, а расторгнул с ним договор после того, как дом был введен в эксплуатацию. Если инженерные системы монтировал не ответчик – это должен был сделать кто-то еще, но истец не назвал другой компании, обратила внимание кассация. Дело она отправила на пересмотр в АСГМ.
Кто злоупотребляет правом в банкротстве физлица?
В деле № А40-78521/2016 суд ввел реструктуризацию долга Аллы Ключниковой, которая в 2014 г. взяла кредит в $100 000 на год под 13% у «НК Банка», но так его и не отдала. Процедуру банкротства инициировал «Ханты-Мансийский банк Открытие», который в марте 2016 г. купил требование основного долга и $10 392 процентов. Представитель ответчицы возражал против реструктуризации. Он устно пояснил, что в Никулинском райсуде Москвы рассматривается иск доверительницы о признании договора незаключенным . Но юрист Ключниковой не заявил ходатайство о приостановлении производства и не предоставил копии судебного акта из райсуда. АСГМ учел это и решил, что иск об оспаривании кредитного договора не приостанавливает дело о банкротстве. Это не препятствует рассмотрению его по существу, согласилась апелляция, «засиливая» решение.
АС Московского округа оказался другого мнения. Если кредитор не подтвердил требования к должнику вступившим в законную силу актом и между ними есть спор о праве во внебанкротном деле, то суд оставляет заявление кредитора о банкротстве без рассмотрения или прекращает производство по делу. Об этом гласит п. 14 Постановления Пленума ВС от 13 октября 2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан». При этом любые возражения должника – и устные, и письменные – могут указывать на спор о праве.
Есть ли он в этом случае, нижестоящие инстанции не установили, указал АС МО. С другой стороны, они не проверили и действия должника на предмет злоупотребления правом – не возражает ли он с единственной целью затянуть процесс. Эти обстоятельства предстоит выяснить первой инстанции при повторном рассмотрении дела. 
Когда нарушитель платит дважды
«Сианстрой» должен был выполнить ремонтно-реставрационные работы в Музее Москвы по заказу «Технического центра Департамента культуры Москвы» до 8 апреля 2015 г., но 1 августа заказчик расторгнул соглашение, так и не дождавшись выполнения работ в полном объеме (на какую сумму они были выполнены, в актах не указано . А следом Департамент культуры отправился в АСГМ применять договорные санкции. Неустойка за просрочку исполнения, установленная Правительством РФ, составила всего 27,22 руб. Помимо этого договор предусматривал единовременный штраф за его расторжение по вине подрядчика. Он рассчитывался от общей цены работ в 12,7 млн руб. и был уже существеннее – 635 тыс. АСГМ взыскал обе эти суммы и отклонил ходатайство ответчика, который просил снизить штраф до 7000 руб. из-за того, что изначальная сумма несоразмерна последствиям нарушения обязательств (ст. 333 ГК).
Апелляция, наоборот, приняла этот довод во внимание, а штраф назначила даже ниже, чем просил ответчик – 773 руб. (по двукратной ставке рефинансирования). При этом коллегия исходила из «конкретных обстоятельств дела». Во взыскании неустойки 9-й ААС и вовсе отказал: он счел, что заказчик просит применить две меры ответственности за одно и то же нарушение.
Это разные наказания, поэтому их допустимо сочетать, поправил АС Московского округа. Неустойка взыскивается за то, что подрядчик нарушил срок выполнения работ, а штраф – это однократная санкция за расторжение договора по вине подрядчика, изложили содержание договора судьи АС МО. В то же время они подтвердили решение апелляции снизить размер штрафа из-за его несоразмерности. В итоге заказчик получит 800,22 руб.
Неполная ликвидация
В 1992 г. Колхоз имени Фрунзе в Истринском районе был преобразован в общество «Бужарово», в 2014 г. началась его ликвидация, а в 2016-м пять акционеров подали в суд на ликвидатора Елену Гуркову. Они хотели взыскать с нее по 711 тыс. руб. убытков, поскольку ликвидатор не выполнила их неоднократные требования по выделу земельных участков. Акционеры предприняли этот шаг после того, как им не удалось оспорить запись в ЕГРЮЛ о внесении промежуточного ликвидационного баланса (А41-84598/2014) – суды решили, что это ненадлежащий способ защиты.
Но в деле о взыскании убытков (А41-1600/16) АСГМ учел исход предыдущего дела не в пользу акционеров. Кроме того, он прислушался к аргументам Гурковой о том, что истцы к ней на самом деле не обращались, хотя могли это сделать. Ликвидатор отвечает только за то, что не уведомил кредиторов, о которых знал или должен был знать, но в данном случае акционеры этого не доказали, следует из решения Алексея Коваля. Оно устояло в апелляции.
В постановлении кассационной инстанции, однако, нашли отражение доводы истцов о том, что о ликвидации они узнали на последнем собрании общества и несколько раз обращались к ликвидатору с просьбой выделить участки. Также акционеры указывали, что после прекращения деятельности общества осталось много нераспределенных участков.
Суды не объяснили, что мешает акционерам по праву получить свою часть имущества общества при его ликвидации, отметила коллегия под председательством Елены Петровой, отправляя дело на новое рассмотрение. Тогда суду предстоит, в частности, выяснить, должна ли была ликвидатор рассматривать требования акционеров, имели ли они право на выдел доли.

Фото Руслана Столяра.